Смоленщина. XIX век

Мужская классическая гимназия

Период с 1804 по 1833 год

Первый директор гимназии
Л.Ф. Людоговский

Отечественная война. Прекращение занятий в гимназии. Взятие Смоленска

Учебная часть. Проект упрощения программ

Учителя, материальное положение, особые требования

Архив экспонатов музея истории гимназии им. Н.М. Пржевальского

Смоленская Мариинская женская гимназия

Смоленское реальное училище

Смоленское женское епархиальное училище

Духовная семинария

Источники

Главная

Учреждение министерства народного просвещения. Предварительные правила. Устав учебных заведений 5 ноября 1804 года

   Царствование императора Александра I составляет вторую важную эпоху в истории народного просвещения в России. Юный монарх, при вступлении на престол, торжественно изъявил намерение править народом «по законам и сердцу своей бабки Екатерины  Великой» , в числе других государственных задач, выдвинутых его временем, обратил самое серьезное внимание на насущную потребность нашего отечества в правильно организованной школе и более широком распространении образования. С этой целью 8 сентября 1802 года им учреждено было, вместе с другими, «министерство народного просвещения, воспитания юношества и распространения наук», в непосредственное ведение и помощь которому перешла прежняя «комиссия об учреждении училищ» или «Главное Училищное Правление». Во главе министерства поставлен был бывший президент этой «Комиссии» граф П. В. Завадовский, а его ближайшим помощником (товарищем министра) сделался известный тогда писатель филолог М. Н. Муравьев, один из наставников государя (по русскому языку и литературе), имевший большое влияние на образование ума и сердца царственного питомца; в состав же «Главного Правления училищ» , кроме членов прежней комиссии: Ф. И. Янковича-де-Мириево и Н. И. Пастухова, вошли передовые люди того времени и самые приближенные друзья юности государя, как-то: князь А. А. Чарторижский, Н. Н. Новосильцев, граф С. О. Потоцкий, генерал-майор Фридрих Клингер, академики – Озерецковский, Фус, В. Н. Кразин и другие.
    На министерство возложена обязанность выработать новый устав учебных заведений, сообразный с потребностями времени, а до его обнародования предписано руководиться составленными «Главным Правлением училищ» и 24 января 1803 г. Высочайше утвержденными «предварительными правилами народного просвящения». Принципы, намеченные в манифесте об учреждении министерств и в указе об обязанностях «Главного Правления училищ», проводились в этих  правилах» в стройную систему. В основу ее полагались идеи общеобразовательной  школы, необходимой «для нравственного образования граждан». Профессиональные цели школы ограничивались тем, что она должна была воспитывать просвещенных чиновников: «ни в какой губернии (говорилось в 24 ст. «Правил») спустя пять лет по устроении в округ, к которому она принадлежит на основании сих правил училищной части, никто не будет определен к гражданской должности, требующей юридических и других познаний, не окончив учения в общественном или частном училище».
    Учебные заведения, «соответственно обязанностям и пользам каждого состояния», разделены были на 4 разряда: 1) училища приходские, 2) уездные, 3) губернские или гимназии, и 4) университеты.
   Вместе с тем по числу университетов определено было учредить в России 6 учебных округов, из которых каждый объемлет несколько губерний и находится на попечении одного из членов «Главного Правления училищ». Все четыре разряда училищ каждого округа располагаются в иерархическом порядке относительно учебного плана и управления.
    Каждое низшее училище служит подготовительною ступенью к следующему высшему – до университета включительно, в котором «определяются науки во всем пространстве, нужные для всех званий и разных родов государственной службы». Университет, с попечителем во главе, есть учебно-административное средоточие своего округа: в его непосредственном ведении находятся губернские гимназии, директоры которых  имеют  «общее смотрение» над всеми учебными заведения губернии, а смотрители уездных училищ наблюдают за порядком в приходских  и частных (пансионах). Содержание учебных заведений обеспечивалось теперь казной, с участием, однако, в нем приказов общественного призрения и городских обществ. Но так как приказы и городские думы с течением времени сокращали свои субсидии и даже совсем отказывались уплачивать  их под разными предлогами, то вся тяжесть расходов на высшие и средние школы постепенно нападала на казну. Что касается обеспечения преобразуемых и вновь устраиваемых учебных заведений книгами и пособиями, то в этом отношении постановлено  было держаться учебников, изданных «комиссией об учреждении народных училищ» , постепенно восполняя проблемы  русской учебной литературы  переводами новейших классических сочинений и составлением оригинальных руководств, при чем переводчиками и авторами должны были выступить, по преимуществу, профессора университетов.
    Торжество происходило обыкновенно в присутствии гражданского губернатора, как попечителя училищ, вице-губернатора, обер-коменданта, прокурора и наиболее почетных лиц из духовенства, дворянства и купечества и открывалось кратким приветствием от педагогического персонала. Затем происходило само испытание, причем спрашивали только учителя, к вопросам которых ученики уже привыкли.  Имена учеников, отличившихся прилежанием, успехами и благонравием, провозглашались пред всеми присутствовавшими на испытании, и в награду раздавались «приличные» книги в хорошем переплете и печатные похвальные листы за собственноручную подписью директора, а иногда и губернатора. Ученики, оказавшие отличные успехи в рисовании, награждались эстампами. В заключение всего один из учеников произносил краткое слово, в котором, между прочим, благодарил представителей общества за посещение училища.
    Наградными книгами служили, по большей части , учебные руководства, принятые в училище и приобретенные за счет приказа общ. призрения, а число учеников, удостаивавшихся наград, судя по отчетам директоров, доходило до 30 человек.
    Насколько успешно шло дело преподавания, видно, между прочим, из того, что, при посещении Смоленского главного народного училища в январе 1800 г. Сенаторами – И. А. Алексеевым и И. И. Кушелевым, ревизовавшими тогда губернию, почетным гостям этим оказалось возможным поднести  «топографическую карту Смоленской губернии с планами и гербами городов оныя», изготовленную самими учениками.
Фамилии и имена учеников, прошедших полный курс Смоленского народного училища, равно как и вышедших до его окончания, до нас не дошли, так как в директорских ведомостях или отчетах, посылавшихся в Главное Правление Училищ, они не приводились вовсе, а архив училища погиб вместе с делами  Смоленской гимназии в 1812 году. Из воспитанников этого училища нам известен только Василий Степанович Кульбацкий ( 15 июня 1857 г.), выдающийся в свое время общественный  деятель, отбывший более пяти выборов городским головой в Смоленске.
    Кроме забот о воспитании и обучении учеников, на педагогический персонал главного училища Уставом возлагалось приготовление учителей для малых народных училищ, которые нужно было «завести» в 12 окружных (уездных) городах Смоленского наместничества «посредством набираемых для того во учители семинаристов». Поэтому уже в начале октября 1786 г., т. е. тотчас по открытии главного народного училища, губернатор Храпоский обратился к тогдашнему епископу Парфению (Соцковскому) с просьбой прислать из духовной семинарии 12 воспитанников риторического и философского классов «ко опознанию, каким способом преподается в народных училищах учение». Просвещенный архипастырь, известный своими заботами о благоустройстве Смоленской семинарии и других учебных заведений вверенной ему епархии, не преминул воспользоваться удобным случаем для ознакомления будущих учителей не только светских, но и духовных  школ с особенностями нового метода и распорядился командировать в главное народное училище, кроме 12 семинаристов, которых просили  прислать, еще 8 чел. от себя. Обязанностью этих кандидатов на учительские должности было  постоянно присутствовать на уроках преподавателей главного училища, подготовленных в С.–Петербургской  учительской гимназии, и наглядно знакомиться с новыми приемами преподавания. Сверх того, им необходимо было пополнить пробелы и в своих познаниях, особенно же по арифметике, так как все эти риторы и философы оказались очень слабыми математиками. Однако, ввиду спешности в открытии малых народных училищ, а отчасти и по недостатку средств, отпущенных приказом общ. призрения на содержание этих кандидатов учительства, подготовка их была закончена уже к началу 1787 г., и, после произведенного экзамена, им выданы были от директора училища особые аттестаты в том, что «они все надлежащим порядком изучили и при испытании оказались к преподаванию по новому образу учения способными». Из 12 вытребованных губернатором кандидатов учительства трое получили назначение на места в г.г.: Поречье, Вязьму и Гжатск, а остальные возвращены в семинарию, так как открытие  малых народных училищ в других 9 городах наместничества было отложено.
   Вслед за тем был опубликован «Устав учебных заведений, подведомых университетам», высочайше утвержденный 5 ноября 1804 года. Устав этот представляет подробное развитие общих начал, начертанных в «Предварительных правилах народного просвещения». Положено было иметь в каждом губернском городе, по крайней мере, одну гимназию, взамен прежнего главного народного училища, а в каждом уездном городе – одно уездное училище, вместо прежних малых народных училищ, и при нем приходское. Все учебные заведения подчиняются университетскому совету, по определению которого ежегодно учреждается «Училищный комитет», состоящий  под председательством ректора, из 6 ординарных  профессоров и обязанный «всемерно пещись обо всех предметах, касающихся до учебного и хозяйственного распоряжения училищ, в округ того университета стоящих». Училищному комитету подведомы губернские директоры училищ – непосредственные начальники гимназий, и этим последним – смотрители уездных и приходских школ.
    Курс гимназий, как и прежних главных народных училищ, определен четырехлетний, но так как для поступления в низший класс гимназии необходимо было знать все, пройденное в приходском и уездном училищах, то, собственно говоря, он продолжался семь лет. Учреждение гимназий, по уставу 1804 г., имело двоякую цель: а) приготовление к университету и б) преподавание «наук, хотя начальных, но полных в рассуждении предметов учения» для тех, которые, «не имея намерения  продолжать учение в университете, пожелают приобрести сведения, необходимые для благовоспитанного человека». Этой цели должен был соответствовать учебный план, состоящий из следующих курсов по классам:
а) Чистая математика (т.е алгебра, геометрия и плоская тригонометрия).
б) Древняя история и география, мифология и древности.
в) Философия (т. е. логика и всеобщая грамматика).
г) Латинский язык (грамматика и переводы с латинского языка на русский).
д) Немецкий язык (чтение, письмо и грамматика).
е) Французский язык (чтение, письмо и грамматика).
ж) Рисование.
а) Окончание изучения чистой математики, прикладная математика (т. е. механика и гидравлика) и опытная физика.
б) Новая всеобщая история и география; отечественная история и геграфия.
в) Философия (психология и нравоучение).
г) Латинский язык (изъяснение классических прозаических писателей и переводы с русского языка на латинский).
д) Немецкий язык (продолжение изучения грамматики и переводы с немецкого языка на русский).
е) Французский язык ( продолжение изучения грамматических правил и переводы с французского языка на русский).
ж) Рисование.
В III классе:
а) Окончание прикладной математики и опытной физики.
Б) Всеобщая статика.
В) Изящные науки (эстетика и риторика).
Г) Естественная история и основные начала сельского хозяйства и лесоводства.
Д) Латинский язык (изъяснение латинских стихотворцев и составление сочинений на латинском языке).
Е) Немецкий язык (изъяснять лучших прозаических писателей и переводы).
Ж) Французский язык (изъяснение лучших прозаических писателей и переводы).
З) Рисование.
В IV классе:
a) Статистика Российского государства.
Б) Право естественное, право народное и политическая экономия.
В) Естественная история, технология и наука о торговле.
Г) Немецкий язык (изучение немецких поэтов и составление сочинений на немецком языке).
Д) Французский язык (изучение французских поэтов  и сочинения на французском языке).
Е) Рисование.

   Для выполнения этой обширной программы полагалось всего 8 штатных учителей, из которых учителя наук называются старшими, а учителя языков – младшими, к последним относится и учитель рисования. Кроме того, гимназиям разрешено было, «если то позволяли доходы», содержать учителей танцев, музыки, гимнастики и фехтования. Закон Божий, отечественный язык, арифметика и чистописание не были включены в гимназический курс, потому что проходились в приходском и уездном училищах, хотя изучение русского языка ограничивалось там одной грамматикой да «правилами слога», а Закона Божия – священной историей и катихизисом (Прг.85 Устава).
   Согласно уставу, учителя должны были соединять при преподавании теорию с практикой, «дабы дать ученикам ясное понятие о многих предметах, которые проходят они в классах». Для этой цели им вменено было в обязанность во время каникул предпринимать с лучшими учениками прогулки за город, причем учитель математики ложен приучать их «к главнейшим действиям практической геометрии» и показывать им разного рода мельницы, а учитель естественной истории и технологии – во время летних прогулок собирать растения  и различные типы почв и камней, объясняя их свойства и отличительные признаки, в зимнее время осматривать фабрики, заводы и мастерские художников, «ибо рисунки и описания не могут дать ясного и достаточного о том понятия». Вообще устав очень широко смотрит на обязанности учителей: они не только наставники  в науках, но и воспитатели, заступающие место родителей. «Главный предмет юношеского наставления – приручить детей к трудолюбию, возбудить  в них охоту и привязанность  к наукам, дать почувствовать цену оных и употребление и чрез то сделать их способными ко всякому знанию; особливо же дать уму и сердцу их надлежащее направление, положить в них твердые основания честности и благонравия, исправить и преодолеть в них худые склонности. От этих «общих» обязанностей устав  отличает «частные», имеющие целью усовершенствование самих учителей:  оны должны стараться о распространении своих познаний в науках, вести записки об успехах наук в губернии, собирать местные исторические, метеорологические, топографические и статистические сведения. В качестве наставников и воспитателей вверенного их попечению юношества, учителя обязаны собираться однажды в месяц для «педагогических советований» под председательством директора, где каждый из них сообщает свои наблюдения о прилежании и успехах учащихся и излагает мнение об «удобнейшем усовершенствовании способа учения».
    Уставом подробно определены также права и обязанности губернского директора училищ. В качестве непосредственного начальника гимназии, он лично заведует как хозяйственною, так и учебною частью; он должен быть сведущ в науках, но не для того, чтобы преподавать их, а чтобы уметь исправно судить об искусстве учителей и предлагать должные советы в деле учения. Имея в непосредственном ведении, кроме гимназии, и все другие училища губернии, директор обязан, по крайне мере, один раз в год ревизовать их и каждое полугодие представлять в университет отчеты о ходе учебного дела.
   Наконец, с изданием устава 1804 г., гимназиям дано было значение самостоятельных учреждений, имеющих особое управление и обеспеченных особыми постоянными штатами содержания, причем в этом отношении они разделены были на 3 разряда: на каждую гимназию I разряда ассигновало было 6650 руб., II разряда – 6150 р. и III – 5650 р. Гимназии Московского учебного округа, кроме Рязанской, отнесены были ко II разряду, и «примерное исчисление сумм, потребных на ежегодное содержание» Смоленской губернской гимназии было следующее:
На жалование директору училищ - 900 р., 4 старшим учителям, по 650 р. каждому, 2600 р. – 3 младшим учителям, по 400 руб. каждому, 1200 – 1 учителю рисования, 300 – на приращение библиотеки и учебн. пособия, 250 – на содержание дома. Итого – 6150 р.
    С 1 января 1812 г. учителя латинского языка были уравнены по штату с прочими, их жалованье увеличилось еще на 250 руб. Всего, стало быть, с 1812 г. и вплоть  до введения нового устава 1828 г. (в 1833 году) из сумм казначейства отпускалось на нашу гимназию ежегодно по 6400 руб. К этой сумме полагалось еще дополнение  в 2800 руб., которые обязался ежегодно отпускать из собственных средств Приказ Обществ. Призрения  (на строительные и другие надобности гимназии). Но, как уже сказано выше, эта статья доходов была недостаточно прочною и устойчивою, особенно в первое по открытии гимназии время.
   Таким образом, материальное положение как учебного заведения, так и служащих в нем, новым уставом было значительно улучшено, особенно если принять в соображение тогдашнюю простоту жизни, сравнительную дешевизну на все жизненные потребности, а также неразвитие или, скорее, отсутствие того комфорта, который теперь нам кажется столь необходимым. Лучше была обставлена и юридическая сторона: должность директоров считалось в VII классе, старших учителей в IX, младших в X и учителей рисования в XIII классе; им было присвоено форменное мундирное платье, и точнее определены сроки для выслуги пенсии. Кроме того, разрешено было иметь у себя пансионеров, и почти все преподаватели, пользуясь этим правом, содержали от 5 до 10 учеников, с платою от 100 до 150 руб. без провизии. Двое преподавателей имели казенные квартиры в здании гимназии, а другие, за недостатком помещения в нем, получали на квартиру, дрова и свечи по 317 руб. в год из сверхштатных сумм гимназии.
    24 апреля 1803 г, товарищ министра народного просвещения М. Н. Муравьев, только что вступивший вместе с тем в должность попечителя Московского учебного округа, предписал Московскому университету в виду предстоящей учебной реформы, собрать точные сведения  о состоянии учебных заведений его округа, о числе учеников, с показанием отдельно особенно успевающих в каком – либо предмете, о времени их учения, об обширности и положении училищных домов, о состоянии книгохранилищ и кабинет и проч. Немедленно же при университете  образован был из профессоров – Чеботарева, Страхова, Гейма, Панкевича и Невзорова особый «Комитет для народных училищ» или (как он потом назывался) «Училищный Комитет», на который и возложено было ведать  все дела по приведению в исполнение реформы. Приступить к занятиям, комитет сначала затребовал от губернских директоров училищ Московского учебного округа сведения о состоянии учебного дела в их дирекциях, для более тщательного ознакомления с делом на месте, командировал туда особых «визитаторов». Смоленская дирекция училищ осмотрена была осенью 1803 г. М. И. Невзоровым, наблюдения которого и послужили, как доносил в Министерство Муравьев, «настоящими основаниями» при преобразовании Смоленского главного народного училища в губернскую гимназию, совершенном 26 марта 1804 г. С подобающим торжеством, в присутствии депутата от Московского университета, властей города, представителей дворянства и многих почетных граждан. Вот что сообщалось об этом событии в «Московских ведомостях» (№ 35, от 30 апреля 1804 г., стр. 665). «Во исполнение Высочайше утвержденных предварительных правил народн. просвещения открыта здесь торжественно губернская гимназия следующим образом. Накануне назначенного для открытия оной 26 марта приглашены особою программою знатнейшие особы в городе. В саамы же день открытия в 8 часов поутру присланный депутат  Императорского университета экстра-орд. проф. надв. сов. Аршеневский, директор гимназии колл. сов. Людоговский, назначенные для оной учители и удостоенные быть гимназистами ученики отправились из училищного дома в надлежащем порядке, по благовесту, в соборную Богоявления Господня церковь. Божественную литургию совершал преосв. Дмитрий, епископ Смоленский и Дорогобужский, с освящен. собором, а пред окончанием оной приличную  на сей случай проповедь говорил игумен Троицкого монастыря и префект семинарии Павел. По совершении литургии, отправлен о вожделенном здравии Государя Императора благодарственный молебен им же, преосвященным Дмитрием, с сослужвшими литургию и призванным особо для сего духовенством, и провозглашено многолетие Его Императору Величеству и всему Августийшему Его Дому. Засим начался крестный ход в училищный дом, и, во – первых, в преднесении хоругвей, шли ученики по два в ряд с своими учителями,  потом со св. крестом и Евангелием духовенство, предшествуемое соборными певчими; за ним депутат университета с директором гимназии, военный и гражданский губернаторы, генералитет, все военные и гражданские чиновники и проч. посетители, при многочисленном стечении зрителей. По прибытии в училищный дом, преосв. еписк. Дмитрий с сослужившими совершил водоосвящение и, по вторичном возглашении многолетия Всемилостивейшему Государю и всей Высочайшей Фамилии, окропив св. водою всех присутствующих, чиновников, учащих, учащихся и классные покои. По возвращении обратно в залу собрания и по занятии своих мест как начальством и проч. знаменитыми посетителями, так и друг. знатнейшими особами, участвовавшими в сем торжестве, г. Губернской гимназии директор читал с кафедры статьи, относящийся до гимназии из Высочайше утвержденных предварительных правил народного просвещения, потом произнесли речи: г. депутат университета и г. гимназии директор на российском языке, а учители: г. Орловский на немецком языке.
   Как вследствие всемилостивейшаго Его Императорского Величества благоволения на представление Смоленского военного губернатора, генерала от кавалерии и разных орденов кавалера, Степана Степановича Апраксина об учреждении, по желанию благомыслящего Гжатского купечества, коммерческого училища, признано более полезны по предварительном, с Высочайшей воли, сношения Его Высокопревосходительства с Его Сиятельством Министром Народного Просвещения и по точнейшим уважении всех мер, имеющихся в виду нужных для точности помянутаго училища, вместо особого такового заведения, открыть класс коммерции при Смоленской гимназии. И как благодетельным попечением Его Высокопревосходительства все к открытию было изготовлено, и положено оный открыть вместе с гимназиею, то, по окончании помянутых речей, и пошли все начальствующие и знатнейшие посетители, так и принадлежащие к училищу в классе коммерции,  где, во-первых, пропеть кант, изъявляющий чувства Россиян в мирном отечестве к благодетельному Монарху, пекущемуся о просвещении своих верноподданных; 1) потом прочтено объявление Смоленского военного губернатора о пожертвовании проложивших путь к открытию коммерческого училища и отношение к нему Его Сиятельства Министра Народного Просвещения о присоединении сего заведения к Гимназии учреждением при оной преподавания нужных, и для коммерции в особенности, ведений. Засим учитель коммерции г. Бранкевич, по произнесении приличной к посетителям речи, вступил в свое звание преподаванием назначенных в его классе ученикам лекции о существе коммерческой науки и о пользе оной. По окончании лекции вторично пропеть кант, а потом г. депутат  университета ввел как учеников, так и учителей в новооткрытые классы, что почтили своим присутствием и все почетные посетители. Затем, по прибытии опять в залу собрания, говорена была благодарственная речь учителем Елоховским, чем, при угощении Его Высокопревосходительством г. военным Губернатором почетнейших гостей, и окончено в 2 ч. пополудни открытие Смоленской гимназии.
    Над дверьми новооткрытого Коммерческого класса прибита доска: «Класс Коммерции, Высочайше утвержденном и открыть 26 марта 1804 года, по представлению Смоленского Военного Губернатора, Генерал от кавалерии и разных орденов Кавалера С. С. Апраксина». Внутри онаго класса на стене на доске изображено: Гжатское купечество на заведение коммерческого училища жертвует ежегодно взносом по 2500 руб., а в 40 лет 100,000 руб. Сверх того, как из означенной же надписи явствует, что онаго же достопочтенного Гжатского Общества пожертвовали в пользу коммерческого класса г. г: Градской Глава Степан Церевитинов, именитой гражданин Григорий Чороков и первой гильдии купцы: Егор Федоров, Иван Федоров и Иван Иванов Церевитиновы по 1000 руб., Иван Кузьмин Жуков 300 руб., вяземской первой гильдии купец Алексей Девкин – 500 руб.
    Назначенные для оной гимназии и утвержденные г. Министром Народн. Просв. учители обучать будут:

  1. Тит. сов. г. Ефремов – математике и физике;
  2. Губ. секр. г. Елоховский – истории естественной и технологии;
  3. Губ. секр. г. Холодковский – истории, политической и географии;
  4. Г. Кандидат Бранкевивич – словесности и началам философии. Он же преподавать будет и политическую экономию и науки, относящиеся к торговле;
  5. Г. Журдан – французскому языку;
  6. Г. Штанге – немецкому языку;
  7. Коллеж. регистр. г. Уткин – рисованию.

   В заключение этого сообщения «Московских Ведомостей» говорилось:
«Императорский Московский Университет. Извещая о всем вышеписанном почетную публику, приятнейшею обязанностью поставляет засвидетельствовать при том пред оною достодолжную искреннюю свою признательность Его Высокопревосходительству Смоленскому Военному Губернатору, Генералу от кавалерии и разных орденов кавалеру, Ст. Ст. Апраксину, особенным примерно патриотическим  и истинному любителю просвещения свойственным вниманием к ново – учрежденной Гимназии, содействовавшему в блистательнейшем, торжественнейшем и благоуспешнейшем открытии сего училища. Старанием и попечительностью Его Высокопревосходительства зала собрания на сей случай была портретом Его Императорского Величества, разными бюстами, зеркалами и часами. Его Высокопревосходительства иждивением к открытию при Гимназии Коммерческого класса сделано приличное платье для 23 человек из купеческих детей, избранных и назначенных для обучения в оном. Сверх того подарены Его Высокопревосходительству в гимназию новейший Российский Атлас и некоторые другие хорошие карты. Все сие подает Университету лестную надежду, что Его Высокопревосходительство и в последствии времени патриотически содействовать будет приращению и благоуспешному ходу новооткрытого училища.
Мы нарочно приводим целиком корреспонденцию «Москов. Ведом.» об открытии Смоленской губернской гимназии, составленную, вероятно, депутатом от Московского Университета проф. Аршеневским, присутствовавшим на этом акте, чтобы отметить ярче, при каких благоприятных условиях вступала в свою новою жизнь наша alma mater. Очевидно, тогдашнее русское общество во всех сословиях весьма сочувственно, едва ли не с энтузиазмом, отзывалось на гуманные начинания юного монарха и его правительства, и обильные жертвы отовсюду притекали на алтарь науки и в пользу народного просвещения.
    Новое учебное заведение, преобразованное из бывшего главного народного училища, было помещено в том же здании, где находилось и это последнее, т. е. внутри крепости, почти в самом ее центре, в 1-ой части  города, на углу улиц Малой Вознесенской и Благовещенской, или , как ее некогда называли, Большой Молоховско, идущей от Молоховских ворот к Днепровским. В настоящее время в нем помещается Мариинская (1-ая) женская гимназия.
   Здание это очень древнее, и история происхождения его в общем следующая.
В польскую эпоху место гимназии было центром города. Здесь находилась устроенная, по повелению Сигизмунда III, даровавшего Смоленску магдебургское право, ратуша с башней, на которой помещались часы с надписью: «Si Deus pro nobis, quis contra nos?» Впоследствии, по возвращении города под московскую державу, царь Алексей Михайлович отдал эти часы в любимый им Саввин Сторожевский монастырь, а ратушу с городовым магистратом превратил в приказную избу, где сидел воевода и чинил суд и расправу. При Петре Великом, когда состоялось разделение России на губернии и провинции, тут же осталось, попрежнему, правление воеводы, переименованного в губернаторы, и называлось провинцгальною воеводскою канцелярией. Вначале здание было одноэтажное и, повидимому, деревянное, но потом, неизвестно года, обращено в каменное. В обширных его подвалах, до времен Петра III, во-первых, хранилась денежная казна в звонкой монете, а во-вторых, была пыточная или застпнок. Там в тридцатых годах прошлого столетия, а под водами, в стенах, толстые железные кольца, высоко привинченные, могли иметь ужасное назначение; к одному из этих колец оказалась прикрепленную тяжелая железная цепь. Кровля на здании была гонтовая, выкрашенная мумией на масле, и на ней, против главного, с Благовещенской улицы, входа, высилась круглая деревянная башенка или каланча, с острым шпицем, на котором был водружен железный двуглавый орел «для означения того, что сей дом был казенный». В башенке висел большой колокол, которым городские обыватели оповешались о времени (по столовым часам, находившимся в присутственной камере),  или поднималась тревога в случае пожара. По учреждении в Смоленске наместничества (в 1775 г.), на одной половине дома (с Вознесенской ул.) помещалось Наместническое Правление, а на другой (с Благовещенской ул.) – Казенная Палата.
   В 1780 году, когда для присутственных мест заканчивались постройкою особые каменные корпуса (что против Блонья), импер. Екатерина II, проезжая через Смоленск, повелела отдать этот дом в ведение приказа Обществ. Призрения «для предназначенных по оному учебных заведений». Поэтому, по обнародовании в 1786 году Высочайшего указа об открытии по губерниям народных училищ, Приказ и употребил его для помещения главного народного училища. Впоследствии местное губернское начальство, желая сделать дом более пригодным для тогдашних училищных потребностей, нашло необходимым возвести над ним второй этаж. Надстройка эта, с железной кровлей и деревянным бельведером, обшитым железными листами, исполнена была в 1794  и 1795 годах, и здание приняло почти теперешний вид. Занятое с того времени главным народным училищем и во всем завися от Приказа общественного призрения, в 1804 году, с преобразованием училища в гимназии, оно поступило в ведомство Императорского Московского Университета.
    В 1812 году, по взятии Смоленска Наполеоном, временное французское правительство употребило гимназический дом под лазарет и за время пользования привело его в самое печальное состояние. Посланный в начале 1813 г., по предложению попечителя П. И. Голенищева-Кутузова, в качестве визитатора училищ Смоленской губернии, «о которых со времени нашествия неприятеля университет никаких известий не имел», доктор словесных наук и философии Н. А. Бекетов, осмотрев гимназию и уездное училище, нашел, что каменный дом, в котором помещались эти заведения, хотя и уцелел от огня, но в нем ничего не осталось в целости, кроме стен, потолков и кровли. «Ни в верхнем, ни в нижнем этаже (писал в своем донесении Бекетов) нет ни одного целого окна, и стекла в испорченных рамах перебиты. В верхнем этаже в двух классных и в большой зале, в нижнем – в комнатах директорских печи взломаны, забор деревянный разобран, внутри дома все покои, по причине бывшего в них французского лазарета, наполнены перетлевшею соломою и всякими от больных нечистотами, испускающими нестерпимый смрад, и по сей – то самой причине нельзя было даже узнать, целы ли полы… После ревизии Бекетова было приступлено к исправлению гимназического дома, на что конечно, необходимо было потратить значительные суммы и не малое время, тем более что ни от казны, ни от частных лиц помощи в годину разорения быть не могло, и приходилось ремонтировать постепенно на скудные экономически средства гимназии. Всего на  поправки, переделки и пристройки за время с 1813  по 1833 год, как видно из отчетов, израсходовано было 31,772 руб. 81.5 коп, без всякого пособия от казны.
    До нас дошла подробная гимназического дома, сделанная в 1820 году и засвидетельствованная подписями директора Л. Ф. Людоговского и профессора Ф. И. Чумакова, ревизовавшего тогда гимназию. По этой описи внутреннее расположение дома представляется в следующем виде.
   С крыльца, сделанного из белого тесанного камня, посетитель попадал в сени нижнего этажа. По левую сторону сеней расположены были 3 комнаты: ближайшая к выходу, передняя, имела перегородку для сторожей, а в остальных двух помещались классы уездного училища; по правую же сторону помещались классы уездного училища; по правую же сторону находилась квартира директора, состоявшая из 5 комнат и прихожей. В том же этаже были квартиры и для двух учителей и письмоводителя гимназии, состоявшие всего из 5 комнат с одной голландской «изразчатой» печью и с двумя русскими лежанками. В эти квартиры, как и в квартиру директора, вели со двора особые ходы с сенями. В верхнем этаже, куда можно было подняться по парадной лестнице от главного входа внизу, находился зал «для публичных собраний», в 11 окон с «одиночными рамами», расписанный по штукатурке красками и имевший одну «изразчатую» печь. В этом зале висела икона Благовещения Пресвятой Богородицы, написанная на холсте, без рамы, и содержащая краткую, но знаменательную надпись: «В память основания Смоленской губернской гимназии 26 марта 1804 г. Здесь же был портрет императора Александра I, писанный также на холсте и тоже без рамы. Назовем другие предметы, тут находившиеся: деревянная «катедра», выкрашенная масляною краскою под красное дерево, два больших зеркала в рамах красного дерева с  двумя под ними столиками, стенные часы на деревянном столбе, окрашенном, под красное дерево. Кроме этой залы, в верхнем этаже находились: передняя проходная комната, коридор, канцелярия, «минеральный» кабинет, «запасное книгохранилище» (библиотека), 4 гимназич. Класса и комната, где помещался класс приход. училища. Из передней другая лестница вела на чердак и в бельведер.
    Под зданием гимназии имелось 3 подвала, в которые со двора вели  2 двери железные и 1 деревянная. На дворе стоял каменный флигель, где помещались – кухня и людская; по обеим сторонам флигеля стояли 2 деревянных, крытых тесом, сарая, из коих в одном была директорская конюшня, а другой служил для разных поклаж. Владения гимназии с задней стороны, по косогору, были огорожены досчатым забором, а с передней из него выходили на Благовещенскую улицу ворота. Кроме того, при гимназии в 1820 году был другой каменный флигель, от ветхости пришедший тогда в совершенную негодность. Флигель этот, как видно из краткой описи зданий 1832 г., был в 1825 году снесен, и на его месте на деньги, пожертвованные смоленским купцом Захаровым Папковым, для нужд приходского училища, вновь выстроен деревянный на каменном фундаменте, очень прочный, просуществовавший около 80 лет.
    Главное здание гимназии простиралось в длину по Благовещенской улице на 18 саж. И по Вознесенской – на 16 саж. 2 арш., а все пространство земли, занятое постройками и двором, равнялось всего 410 квадр. саженей.

© Гимназия им. Н. М. Пржевальского 2012 г.